В мастерскую старого шарманщика Карло попадает необычная находка – древний волшебный ключ, способный воплотить в жизнь самое заветное желание. Одинокий мастер, чьи дни наполнены лишь тишиной и работой с деревом, всем сердцем мечтает о сыне. Магия ключа начинает действовать, и обычное полено в его руках постепенно оживает, превращаясь в резвого деревянного мальчишку по имени Буратино. Радости старого Карло нет предела, он всей душой привязывается к необычному ребенку, даря ему безграничную любовь и заботу. Однако сам Буратино, столкнувшись с реальным миром за стенами уютной каморки, всё острее начинает чувствовать свою инаковость. Его деревянное тело, непохожее на других детей, рождает в нем глубокие сомнения и внутреннюю боль. Он страстно желает доказать своему обожаемому отцу, что достоин называться настоящим сыном, несмотря на свое происхождение, и что в его деревянной груди бьется самое что ни на есть живое и преданное сердце. Эта жажда признания становится главной движущей силой, заставляющей его покинуть безопасный дом. Путешествие Буратино оказывается долгим и полным невероятных испытаний, каждое из которых становится проверкой его характера и доброты. На его пути встречаются как коварные соблазнители, готовые воспользоваться его наивностью, так и верные друзья, готовые разделить с ним все тяготы. Он попадает в пьесу злого Карабаса Барабаса, переживает опасные приключения на Поле Чудес, сталкивается с хитростью лисы Алисы и кота Базилио, и даже оказывается заточенным в стране Дураков. Сквозь все эти перипетии Буратино не только проявляет смекалку и отвагу, но и постепенно взрослеет, учась отличать истинные ценности от ложных блесток. Его первоначальное простое желание стать «как все» трансформируется в более глубокое понимание себя: он осознает, что настоящая сила и человечность кроются не во внешности, а в поступках, верности и способности любить. Финалом этого трудного пути становится не только обретение долгожданного признания от папы Карло, но и главное открытие – он всегда был настоящим сыном, а его путешествие лишь помогло всем, и в первую очередь ему самому, это увидеть и почувствовать.